Rss
Мини чат...
File engine/modules/iChat/show.php not found. File engine/modules/iChat/run.php not found.
Коментарии
File engine/modules/iComm/run.php not found.
Расскажите о нас
Популярное
Друзья сайта
Авторизация с помощью

Рекомендую хостинг BeGet.ru Шаблоны DLE
Календарь
«    Июнь 2018    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
Опросы
Оцените работу сайта

Реклама
» » » Эволюция "денежного древа"
  • Опуликовал: lvitali
  • |
  • Коментариев: 0
  • |
  • Просмотров: 542
Эволюция  Почти четыре века назад английский философ Томас Гоббс сравнил государство с организмом, а деньги — с его кровью. Аналогия, красивая и по сей день, в общем-то, верная, она действительно обобщает многообразие процессов, происходящих в экономике при участии денег. Мы воспринимаем факт их существования как данность и основу жизненного благополучия, которые нужно беречь и наращивать. Продолжая вслед за Гоббсом использовать биологическую терминологию, попробуем выяснить, как возник и эволюционировал этот древний симбиоз денег и общества?

 В течение многих тысячелетий единственным способом получить желаемое, не считая применения грубой силы или воровства, — а за эти действия, отметим, еще до развития законодательства наказывали самым жестоким образом, — служил бартер, то есть обмен нужными товарами в объемах, способных удовлетворить заинтересованные стороны. Прямой бартер, то есть двусторонний или многосторонний обмен товарами, практиковали во всех культурах с натуральным хозяйством. Шумеры расплачивались глиняными пластинками и пшеницей за природное сырье, финикийцы меняли кедр на египетские папирусы, викинги — щиты на шкуры выдр. Но как быть, если у сторон не совпадали интересы? Предположим, в Междуречье выдался необычайно урожайный год, и шумеры готовы обменять излишки зерна на необходимый им металл. Но северным соседям много зерна не нужно. Получается, что часть шумерского урожая окажется невостребованной и пропадет.

 Таким образом, чем больше сторон участвуют в обмене и чем разнообразнее их потребности, тем сложнее путем прямого бартера осуществить сделку, которая устроит всех. И это не единственное затруднение, связанное с бартером. То, что товары имеют разный срок хранения и время изготовления, также влияет на процесс их сбыта.

 Неудобства прямого обмена привели к появлению универсальных посредников, способных удовлетворить максимально широкий спектр запросов: зерновые культуры или домашний скот. А громоздкие и экзотические средства платежа, ходившие при обмене между небольшими родоплеменными группами, например шкуры у кочевников, бусы у аборигенов Палау, ракушки у африканских племен, либо канули в Лету (за некоторыми интересными исключениями, о которых — позже), либо продолжали исполнять ограниченную функцию.

 В целом жизненный цикл древних товарных экономик был напрямую связан с урожаями и поголовьем скота. Зерно, как и скот, — пример так называемых товарных денег, то есть денег, имеющих внутреннюю ценность и используемых в первую очередь как универсальное средство обмена при бартере. Понятие внутренней ценности неотъемлемо от любого обсуждения истории денег, оно означает воплощенную в предмете полезность, иначе говоря, возможность исполнить важную для владельца функцию.

  Как появились деньги
 Во второй книге «Республики» Платон называл деньги средством, используемым для мены, а Аристотель, во многом следуя своему учителю, считал, что деньги появились как общественный институт — его учредили граждане коллективным изъявлением воли для облегчения обмена. Эта точка зрения весьма популярна и поныне. Альтернативные теории стали появляться лишь к концу XIX века. Основатель австрийской экономической школы Карл Менгер в книге «Принципы экономики» утверждал, что возникновение денег — процесс эволюционный. Ведь каждый человек, писал ученый, будет заинтересован в обмене имеющегося у него товара на товар более привлекательный, а также станет искать товар, пользующийся наибольшей популярностью среди участников рынка, и будет готов какое-то время держать его у себя. Так что деньги возникли как результат такого поиска. Это апофеоз товара, пользующегося спросом. В целом и историки, и экономисты едины в том, что деньги создал рынок. Иного мнения на этот счет придерживался прусский профессор Бернард Лаум, поясняя, что деньги могли возникнуть как объект религиозного «расчета» между человеком и божеством, вернее, земным представителем воли этого божества (императором, кесарем), чтобы святость предметов была измерима, а жертвоприношения — сопоставимы по ценности и адекватны запрашиваемым милостям или совершенным проступкам.

  От зерна к металлу
 
 Постепенно в развитых цивилизациях древности натуральный обмен уступил место денежным расчетам. Возможно, свою роль сыграли существенные неудобства бартера — отсутствие четкой системы эквивалентов, неделимость обмениваемых товаров, разные запросы участников обмена. Однако подобные препятствия нельзя считать критическими, так как они преодолевались с помощью различных приспособлений. Например, в Древнем Египте сначала обмен производили на товары первой необходимости. Позже, судя по сохранившимся документам, во времена Нового Царства (XVI—XI века до н. э.) методику немного изменили и при обмене стали применять различные меры веса золота и серебра, меди и бронзы, в частности дебен, соответствовавший 91 грамму. Расчеты облегчались еще и существованием теоретической единицы весом 7,5 грамма под названием «шати», которую использовали для формирования цен и определения эквивалентов. Собственно деньги появились в Египте лишь в середине I тысячелетия до н. э., это были греческие монеты.

 Такие подсобные преобразователи цен как-то сглаживали основные неудобства натурального обмена, но были бессильны перед развитием законодательной системы и связанной с этим необходимостью удержания штрафов, взимания налогов и выплаты компенсаций. Здесь требовался действительно унифицированный стоимостный эквивалент.

 Решающий этап в эволюции денежных систем наступил начиная со II тысячелетия до н. э. Использование при расчетах металлических — обычно серебряных — слитков, колец или проволоки позволило Вавилонии, а вслед за ней Финикии и Египту интенсивно развивать внутреннюю и внешнюю торговлю, выменивая у соседей природное сырье на производившееся здесь в изобилии зерно и ремесленные товары. Эти серебряные изделия очень напоминали современные деньги, поскольку служили одновременно средством платежей, расчета и сохранения ценности, указывая на право обладателя получить некую меру зерна. Более того, металлические «деньги» удовлетворяли тем требованиям, которые мы предъявляем к платежным средствам сегодня: быть износостойкими, удобными в хранении и транспортировке, привлекательными. Но поскольку серебро имело также немалую внутреннюю ценность, в том числе как декоративный материал, и потому было доступно далеко не всем, одновременно в качестве мелкой разменной валюты еще долго использовали пшеницу.

 Человеческая история весьма бережлива, поэтому бартерный обмен, как таковой, вовсе не остался прерогативой прошлого, напротив, он процветал не только в примитивных обществах, но и в развитых странах во время разрух и войн. Так, в конце XX века в России в условиях галопирующей инфляции и экономического хаоса объем и количество бартерных сделок достигли исторического максимума. В 1992 году доля бартера в общем объеме коммерческих сделок составляла 6%, в 1998-м выросла до 51%, а в 2003-м вновь снизилась до 9%.

  Теория «обменного эквивалента»
 Денежная сфера все еще остается для экономистов загадкой. В то время как процесс выпуска банкнот и монет находится под контролем, то происходящее с деньгами после того, как они попадают в кипящий общественный котел, не вполне поддается формализации. Деньги начинают жить собственной, никому не ведомой жизнью: исчезают, расходятся, испаряются, в результате чего мы наблюдаем кризисы или, наоборот, взлеты экономики. По сей день теория денег — одна из животрепещущих областей общественных наук.

 В XVI—XVIII веках в Европе сложилось направление, называемое «меркантилизмом». Его последователи определяли богатство страны очень просто — как количество золота, накопленное государством, хотя и понимали, что неограниченный приток золота оборачивается ростом цен. Последующие дискуссии по этому поводу породили различные соображения о том, как регулировать объем денег, чтобы влиять на процессы в экономике.

 В середине XIX века преобладало иное мнение по этому вопросу: сами по себе деньги на процессы в экономике не влияют и при анализе их можно не учитывать. Их сравнивали то с «дорогой», облегчающей продвижение товаров на рынок, то со «смазкой» товарообращения, то с «вуалью», окутывающей экономические отношения, которую надо просто отбросить. В общем, их представляли неким техническим средством, облегчающим жизнь. Пока это средство исправно работает и не ломается, хозяйственный процесс можно рассматривать как аналогичный натуральному обмену, при котором, в сущности, не важно: есть деньги или их нет.

 Наиболее же обоснованной стала количественная теория, исходя из которой цены зависят от количества денег и изменяются пропорционально изменению количества денег. Но в 30-х годах XX века инфляция и безработица в западном мире внесли свои коррективы в эту схему. Известный английский ученый Джон Кейнс заговорил о непредвиденных факторах и рисках в экономике, а «якорем стабильности» в неустойчивом мире капитала служат как раз деньги.

 «Наше желание хранить деньги — это барометр нашего недоверия к собственным расчетам и к общему согласованному мнению по поводу будущего», — писал Кейнс. Иными словами, если из кругооборота доходов происходит утечка денег, значит, дела в стране плохи — население откладывает капитал в кубышку на черный день. После Второй мировой войны экономическая теория в очередной раз вернулась к теме денег. Американец Милтон Фридмен вновь обратил внимание на их количество в хозяйстве. Экономические кризисы, отмечал он, вызываются колебанием денежной массы и вообще неправильной денежной политикой. «Только деньги имеют значение», — говаривал Фридмен. В 1976 году за вклад в развитие монетаризма (так называется его теория) этот американец получил Нобелевскую премию.

 Татьяна Пичугина

Каменные раи  Каменные раи
 На островах Яп, входящих в Федеративные Штаты Микронезии, что в западной части Тихого океана, издревле существует необычное средство платежа— круглые известняковые жернова с дырой посередине, или раи. Диаметр камней — от десятка сантиметров до нескольких метров, вес — до нескольких тонн. Раи добывают на соседнем архипелаге Палау, находящемся в 400 км к юго-западу от островов Яп, но не в любое время, а строго по указанию старейшин.

 Механизм определения ценности каменных денег подавляет возможность инфляции: так, жернова, добытые с приложением больших усилий и доставленные на Яп ценой гибели кого-то из членов экспедиции, ценятся гораздо выше, нежели жернова, изъятые с помощью железных орудий, привезенных на Яп европейцами. Таким образом, каменные жернова можно условно назвать декретными, или фидуциарными, деньгами, ценность которых основана на доверии рыночных агентов друг другу и государству.

 Конечно, жернова не выполняют всех функций денег с одинаковой легкостью, несмотря на то что это весьма успешное средство сохранения ценности (даже случайно потерянные в море камни остаются объектами собственности и могут менять владельцев). Расчеты на Япе производят корзинами урожая, а обмен товарами чаще всего не связан с жерновами — просто потому, что их стоимость слишком велика (за камень 60 см в диаметре в начале XX века можно было получить свинью). Но при этом каменные деньги Япа выполняют важную залоговую функцию и действуют как дары.

Страница статьи: 1 | Следующая
    Пожалуйста - Не забывайте поделиться!


Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.